Исцеление душевных ран Газы
В одной из палат больницы Шифа, крупнейшей в Газе, педиатр Рабиа Хамуда пытается добиться реакции – пары слов или хотя бы улыбки – от Умара и Мухаммада, трех и полутора лет. Долгие семь минут дети смотрят на врача безо всяких эмоций. Они испещрены ожогами и осколочными ранениями, полученными при обстреле Израилем их дома в северной Газе.
Хамуда осторожно поддразнивает их, притворяясь, что перепутал имена двух братьев, и протягивает игрушку. Его помощник тихо напевает, и наконец на лице Мухаммада появляется улыбка, а старший, Умар, выкрикивает свое имя.
«Поначалу Умар совершенно не реагировал, даже имя не хотел называть», – объясняет доктор Хамуда, который возглавляет команду из 150 психотерапевтов, работающих в Палестинском центре демократии и разрешения конфликтов в Газе.
«С этими детьми удалось достичь большого прогресса, – говорит он с облегчением. – В начале они просто отказывались общаться. Но теперь, с шестой попытки, мы наблюдаем значительные перемены».
Умар и Мухаммад – лишь двое из 400 тысяч детей Газы, нуждающихся, по оценкам ООН, в психологической помощи в результате не только последней войны в блокадном секторе, но всех трех предыдущих войн, начатых Израилем с 2006 года.
Последнее нападение было самым кровопролитным – 1945 палестинцев погибли, большинство из них мирные жители, в том числе 457 детей. С израильской стороны убиты 64 солдата и трое гражданских лиц.
Израильские авиаудары, гибель прямо у детей на глазах родных и близких, или полученные ими самими раны вызвали у детей Газы глубокие психологические травмы. Их симптомы варьируются от ночных кошмаров, недержания мочи и отклонений в поведении до более тяжелых состояний тревоги, когда ребенок не способен воспринимать окружающее.
И если разрушение Израилем жилых домов и административных зданий очевидно и документально зафиксировано в ежедневных телерепортажах, то повреждение умов остается в основном незаметным. Однако оно может иметь гораздо более длительные и разрушительные последствия.
«Когда ребенок в первый раз переживает такое травмирующее событие, как война, оно просто вселяет ужас», – говорит Крис Ганнес, пресс-секретарь Агентства ООН для помощи и организации работ (БАПОР).
«Во второй раз это страшно вдвойне, потому что ребенок помнит самое худшее из последней войны, в дополнение к новой. С третьей войной эти тревожные воспоминания накладываются и еще больше усиливают друг друга», – отмечает он.
«На этот раз 8 или 9-летние дети в Газе переживали войну особенно глубоко, из-за такой совокупности травм от повторяющихся с 2006 года конфликтов», – цитирует «Рейтер» представителя БАПОР.
Около 200 психотерапевтов Агентства ООН работают в 90 больницах Газы. Но для 1,8 населения блокадного сектора – более половины которого моложе 18 лет – этого далеко недостаточно.
Поэтому лечение душевных ран ограничивается, по сути, самыми элементарными средствами – попытаться вызвать детей на разговор, помочь им выразить пережитое словами, или с помощью карандашей и красок. И хотя даже такими простыми методами можно многого достичь, они требуют личной и длительной психологической помощи, из-за чудовищности пережитых психических травм.
«Сначала мы оказываем раненым и травмированным детям немедленную психосоциальную поддержку, и объясняем родителям, как дальше обращаться с детьми», – говорит Рабиа Хамуда.
Затем начинается домашнее лечение, и наблюдение за наиболее тяжелыми случаями.
«Дома можно восстановить, и некоторые физические раны можно исцелить, но психическое здоровье требует большего, чем время и деньги. Нужны огромные усилия, длительное убеждение, и прежде всего покой и стабильность», – отмечает врач, возглавляющий команду психиатров в одной из больниц Газы.
Один из самых успешных проектов исцеления душевных травм – программа психического здоровья общества, начатая в секторе в 1990 году.
Психолог Хасан Зиада, участвующий в этом проекте, считает последнюю войну самой страшной с 2006 года, поскольку многие палестинцы потеряли сразу несколько членов семьи.
«По нашим прогнозам, психические расстройства проявятся более чем у 30 процентов населения Газы», – говорит он.
Даже профессиональные врачи не защищены от душевных травм. Шесть членов семьи Хасана Зиады были убиты во время этой войны: его мать, три брата, невестка и племянник. Помощь ему оказывает главный психотерапевт больницы.
«Это очень тяжелая потеря, и справиться с ней нелегко», – признает Зиада. Подобное горе постигло и некоторых других врачей, добавляет он.
Психологический ущерб достиг таких масштабов, что агентство БАПОР, открывшее школы ООН по всему сектору Газа, вводит в них сейчас уроки психотерапии.
«Мы внедряем довольно широкую программу родительской и детской терапии», – сообщил представитель агентства Крис Ганнес.
