Как женщине в хиджабе удалось изменить Белый дом

Почему президент Обама выбрал именно вас в консультанты Межрелигиозного совета по делам мусульман, налаживающего связи между федеральным правительством и некоммерческими организациями?

– Полагаю, это произошло благодаря тем исследованиям мнения мусульман, которые я проводила в центре  Gallup.  Я не участвовала в избирательной кампании президента Обамы, и не являюсь активистом Демократической партии. Я была выбрана из-за своей научной деятельности, а не политической принадлежности.

Вероятно,  ваша репутация опережала реальные достижения в Белом доме, ведь вы стали первой мусульманской – к тому же в хиджабе – занявшей столь высокий пост в администрации Обамы?

– Собственная «слава» всегда была для меня загадкой. Моя должность  в Белом доме была огромной честью, но реального влияния у меня было меньше, чем изображали СМИ. Я думаю, дело скорее в том, что мое символизировало мое назначение. Ко мне часто приходят молодые женщины и девушки, и говорят, что я показала им, что можно добиться успеха независимо от того, кем ты являешься, носишь хиджаб или нет, и как тебя зовут. Даже если  это мое единственное достижение, я очень рада.

Наверное,  это  тяжелая ответственность – информировать американского президента о мнениях и образе мыслей всей мусульманской общины?

– Да, конечно, это большая ответственность, но я не утверждаю, что говорю от имени всех мусульман! Я только хотела передать то, что говорили сами мусульмане, используя результаты научных исследований. С помощью этого средства можно узнать, что думает и чувствует большая группа людей, услышать их голоса и понять, какие они на самом деле. Моя работа заключалась в том, чтобы донести эту информацию миру.

Вы изучали химическое машиностроение, а затем получил степень магистра в области делового администрирования. Как вам удалось перейти из этих двух областей в мир научных исследований?

– Моя карьера лишний раз подтверждает, что никогда не знаешь, куда повернет твоя жизнь, поэтому нужно всегда быть готовым к  назначенному Богом пути. Действительно, поначалу я училась на инженера-химика, но уже тогда  писала в студенческой газете о Ближнем Востоке. Я также была соучредителем организации, способствовавшей образованию в этом регионе, так что международные вопросы всегда были моей страстью. После университета я поступила на работу в отдел исследований и развития компании Procter & Gamble. Закончив учебную программу МБА для руководителей, я стала консультантом по управлению крупными  корпорациями в центре Gallup.

Когда генеральный директор объявил, что центр собирается проводить опросы по всему миру, я попросилась участвовать в этом проекте. Я предложила проводить в рамках этого проекта отдельное  изучение  мнения мусульман.  Начальство согласилось, и я стала директором Центра мусульманских исследований.

Вместе с профессором Джоном Эспозито вы написали книгу «Кто выступает за ислам? Что думают на самом деле миллиард мусульман». Позвольте спросить, что же они думают?

– Идея книги заключалась в том, чтобы  дать обычным людям право голоса, донести их мнение до всего мира,  вместо того чтобы позволять экстремистам говорить за них. Конечно, не весь  миллиард мусульман думает одинаково. Глобальная мусульманская община очень разнообразна. Однако, самое большое исследование мусульман либо делал шоу, что, по всем, мусульмане всего мира поддерживают  демократию, равноправие полов, и отвергают насилие против гражданских лиц. Они вовсе не ненавидят Запад или США за то что американцы «свободны». Их гнев вызывает реальная  политика, а не теоретические принципы Соединенных Штатов.

Как вы считаете, что заставляет Обаму, неоднократно заявлявшего, что он не мусульманин, нанимать  мусульман на различные должности в Белом доме?

– Во-первых, важно отметить, что в администрации Обамы нет ни одного мусульманина, занимающего руководящую должность. Так что скорее следовало бы спросить: «Почему президент не приглашает больше мусульман в Белый дом, и на более высокие посты?» Американские мусульмане вносят свой вклад, как  граждане этой страны, и должны быть представлены в механизме принятия решений, как и любая другая группа! Действительно, президент в этом плане гораздо лучше своего  предшественника,  но нашему правительству предстоит еще долгий путь.

Какой бывает реакция Обамы, когда он видит и слышит, что так много людей ненавидят Америку? Удалось ли вам помочь ему разобраться в проблемах мусульман и причинах их гнева?

– Мое взаимодействие с президентом было довольно ограниченным – гораздо больше приходилось общаться с его советниками и чиновниками. Их реакция на заключалась  в основном в признании того, что политика Америки непопулярна, но все равно она останется американской политикой!  Разговор всегда сводился к вопросу, как сделать, чтобы эта политика казалась  людям не такой плохой. На это у меня ответа не было.

Каково самое значительное  достижение Барака Обамы в плане межконфессионального диалога?

– Я считаю, самым главным достижением президента Обамы в том, что касается диалога между религиями, стал перевод  отношений мусульманского мира с  Западом с религиозных на политические рельсы. Во время президентства Буша большинство мусульман не только были возмущены американской политикой, но и считали, что Америка находится фактически в состоянии войны с исламом. Сейчас эта идея уже не так сильна. Теперь люди называют причиной своего  недоверия действия Обамы, а не к его идеологию. И это, на самом деле, улучшение, потому что политика может измениться, но религию и идеологию изменить гораздо труднее.

Ваша задача ограничивалась «консультированием». Приходилось ли пересекать эту грань и оказывать влияние на мнение, позицию или высказывания президента?

– Наибольшее влияние на речи в Вашингтоне оказало, на самом деле, исследование центра Gallup,  посвященное мусульманам и их движущим мотивам. Когда мы его только начинали, большинство в Вашингтоне считали  мусульман людьми неразумными и нерациональными, которые ненавидят Америку лишь потому, что ненавидят демократию и свободу вообще. Принято было  также считать, что ислам подталкивает к терроризму.  Проведенное нами исследование показало совершенно иную картину: оно продемонстрировало, что мусульмане любят демократию и свободу, и сами хотят этого. Они недовольны Америкой, потому что та не дает им этой самой  свободы. Наше исследование также показало,  что творимое экстремистами  насилие мотивировано не религией, а политикой. Эти новые идеи начали занимать центральное место в Вашингтоне. Они были также приняты президентом, и нашли отражение в его выступлениях и в стратегии.

Поделиться: